Впервые армия вошла в Ереван в 1996 году, когда Левон Тер-Петросян подавлял протесты. Алумян

Сегодня на пресс-конференции, говоря о том, каким образом наше законодательство допускает использование вооруженных сил во внутриполитических ситуациях, адвокат обвиняемого по делу «1 Марта» Роберта Кочаряна Айк Алумян сослался на закон РА от 1996 года об утверждении устава внутренней службы ВС РА.

По словам Алумяна, по состоянию на 2008 год этот закон устанавливал общие права и обязанности военнослужащих ВС, внутренний распорядок, обязанности должностных сил и прочее. Этим уставом руководствуются все военнослужащие штабов воиснких частей, управлений, учреждений, военно-учебных заведений ВС.

В поле действия закона применение Вооруженных сил для решения внутригосударственных проблем регламентируется статьей 8, согласно которой, под обязанностями военнослужащих понимается участие в боевых действиях, исполнение должностных обязанностей, несение боевых дежурств и прочее, оказание содействия правоохранительным органам в обеспечении законности и правопорядка. По словам Алумяна, этим и устанавливается право на вовлечение ВС во внутренние проблемы – конечно, не в любой ситуации, добавил адвокат.

Затем Алумян привел статью 11 того же закона: «Военнослужащие при исполнении обязанностей военной службы, а при необходимости – и во внеслужебное время имеют право хранить, носить, применять и использовать оружие. Военнослужащие в качестве крайней меры имеют право применять оружие лично или составом подразделения:

- для отражения группового или вооруженного нападения на охраняемые военные и государственные объекты, а также на расположения воинских частей и подразделений, здания и сооружения воинских частей, воинские эшелоны, колонны машин и единичные транспортные средства и караулы, если иными способами и средствами их защитить невозможно;

- для пресечения попытки насильственного завладения оружием и военной техникой, если иными способами и средствами их защитить невозможно;

- для защиты военнослужащих и гражданских лиц от нападения, угрожающего их жизни или здоровью, если иными способами и средствами защитить их невозможно;

- для задержания лица, совершившего преступление либо застигнутого при совершении тяжкого преступления, оказывающего вооруженное сопротивление, а также изолирования вооруженного лица, отказывающегося выполнить законные требования о сдаче оружия, если иными способами и средствами подавить сопротивление или изъять оружие невозможно».

Цитируя эту статью, Алумян подчеркнул слова «государственные объекты».

Затем адвокат Кочаряна перешел к статье 22 того же закона:

«Военнослужащие при нахождении на боевом дежурстве (боевой службе), в суточном и гарнизонном нарядах, а также привлекаемые для ликвидации последствий стихийных бедствий и в других чрезвычайных обстоятельствах выполняют специальные обязанности. Эти обязанности и порядок их выполнения устанавливаются законодательными, общевоинскими актами, военными уставами и другими правовыми актами, разрабатываемыми на их основе, и носят, как правило, временный характер.

При исполнении специальных обязанностей военнослужащие также наделяются особыми правами, связанными с военной дисциплиной и соблюдением правопорядка, охраной личного состава, боевых знамен, вооружения, военной техники и других материальных средств и других военных и государственных объектов, в том числе с применением оружия». Те же слова адвокат подчеркнул и в этой статье.

Таким образом, Алумян утверждает, что наше законодательство однозначно допускало и допускает привлечение ВС к решению внутренних проблем.

По словам Алумяна, после событий 1 марта, в 2012 году, был принят закон о чрезвычайном положении, в котором напрямую сказано о привлечении ВС к решению внутренних проблем:

«Более того, до 1 Марта у нас был довольно большой опыт решения таких проблем с привлечением ВС, приняли стыдливую позу и пытаемся не вспоминать об этом, но такой опыт есть», - заявил адвокат, напомнив указ Левона Тер-Петросяна от 8 февраля 1993 года о привлечении ВС в режиме чрезвычайного положения:

«В целях пресечения противозаконных, антиобщественных действий, спровоцированных вооруженными группировками в селах Джанфида и Пшатаван Армавирской области, во избежание опасных инцидентов, в целях усиления охраны правопорядка и восстановления порядка решаю объявить в Армавирской области чрезвычайное положение сроком на один месяц. Обязательство исполнения данного указа возложить на внутренние войска РА, МО и государственное управление СНБ».

По словам Айка Алумяна, вышеприведенный указ президента действовал во время известных событий 1996 года, когда на улицах столицы стояли танки.

«Есть определенная разница между использованием войск в 1996-м и 2008-м. В 1996-м войска были приведены для непосредственного контакта с митингующими, тогда как в 2008-м войска располагались в таких местах, чтобы между войсками и митингующими не было непосредственных контактов и столкновений», - сказал он.

Алумян напомнил, что 2 октября 1996 года, когда высокопоставленные должностные лица подводили итоги действий по разгону митингов, Вано Сирадегян заявил, что армянская армия впервые вошла в столицу, а за войсками следовали служащие внутренних войск.

«Помните всегда, что впервые армянская армия вошла в Ереван в 1996-м, когда Левон Тер-Петросян подавлял митинги в столице», - заявил Алумян.

Если сегодня наши следственные органы сфокусировались на одной идее, по его мнению – ошибочной идее, - что войско не могло использоваться для прекращения внутренних беспорядков, и если они действительно так считают, то почему не дана оценка вышеизложенному, спросил Алумян.