Время отделять зерна от плевел: почему общество, жаждущее реформ, принимает их в штыки

 А вы заметили, как много в Армении «национальных ценностей»? Направо и налево, куда ни глянь – всюду «национальные ценности». Скажем, в советские годы кто-нибудь отхватил от бюджета солидную сумму и установил в саду или на обочине дороги какую-то безобразную металлическую конструкцию под видом памятника – всё, трогать нельзя, это национальная ценность. А кто-то другой построил в Ереване какое-то стандартно-квадратное жилое здание – тоже национальная ценность (и на фасаде здания обязательно должно быть написано, что построил его такой-то архитектор – тоже национальная ценность). Кто-то «подцепил» спонсоров и снял дурацкий фильм: всё, национальной ценностью теперь является не только фильм, но и его авторы – все по отдельности. Кто-то занялся шоу-бизнесом и открыл студию (неважно, как он ее назвал): всё: теперь национальная ценность и он сам, и его творения… Потому что, понимаете ли, они все это делали не для себя, а для народа (и помыслить не смейте, что это просто бизнес). Следовательно, трогать их никто не вправе, и государство обязано всех их хранить и оберегать. И это касается всех сфер. Знаете, сколько таких «национальных ценностей», скажем, в общественной телекомпании или на радио, считающих себя неприкосновенными, потому что, скажем, в далеких 60-х сфотографировались с Кочиняном или сделали репортаж из туннеля Арпа-Севан. Ереванский государственный университет – тоже национальная ценность, а, следовательно, трогать его нельзя (неважно, что среди 300 лучших вузов мира нет не только ЕГУ, но и ни одного другого армянского вуза; зато есть азербайджанский). Не хватало только, чтобы и сети супермаркетов в Армении провозгласили себя национальными ценностями, потому что главное ведь – не бизнес, и все, что они делают – делают для народа, создают рабочие места…

В мире есть консервативные общества, которые не хотят ничего особо менять, потому что и так у них все хорошо (к примеру, англичане); есть общества, находящиеся в плохом положении – они хотят изменить все, что только возможно. А вот у нас немного странная позиция: положение наше оставляет желать лучшего, мы убеждены, что «так не может долго продолжаться», и в то же время любую попытку что-то изменить принимаем в штыки, потому что к чему ни прикоснись – оказывается, это «национальная ценность». И ни у кого не возникает вопроса: ладно, если у нас так много национальных ценностей, то как же мы оказались в таком положении.

Армения двигается вперед с новой точки отсчета, и очевидно, что путь ее будет непростым. А путешественники обычно берут с собой в дорогу только самое необходимое. Это, конечно, не означает, что все остальное надо отбросить в сторону. Просто когда средства у государства ограничены, следует различать важное и второстепенное и направлять эти ограниченные средства на сохранение и развитие важного. Это, конечно, не обязательно должно означать, что все, что сейчас делается под именем «оптимизации» и «реформ», делается правильно. В конце концов, в Армении есть и настоящие национальные ценности (и их немало), и их действительно не только трогать нельзя – их необходимо развивать даже самыми скудными средствами. К примеру, армянские шахматы – действительно национальная ценность, они могут стать даже «национальным брендом» (как, скажем, факт, что Армения – первое христианское государство), следовательно, «оптимизацию» надо держать на расстоянии от этой сферы. А сферы, которые могли стать армянским «национальным брендом», но не стали (скажем, образование и наука, особенно точные науки), требуют радикальных реформ. Именно потому, что имели все предпосылки, чтобы стать национальными ценностями: потенциал был, но не использовался.

Откуда же такая путаница, почему значительная часть общества, являющаяся в целом сторонниками радикальных изменений, тем не менее, принимает любое отдельно взятое изменение неохотно, даже враждебно? Потому что, с одной стороны, работает активная антипропаганда, с другой – власти, по-видимому, недостаточно хорошо объясняют, зачем все это делается, плюс ко всему, нередко те, кто делает «все это», и сами плохо понимают смысл, либо им не хватает смелости, чтобы быть с обществом искренними до конца.

Ведь клейма борца с «национальными ценностями» боятся все. Даже те, кто ясно видит разницу между национальными ценностями и «национальными ценностями».